Как избежать ненужных операций: 1 литр ананасового сока и передовая МРТ

Исторический поворот: от «безнадёжного» к «поддающемуся лечению»

Многие годы в истории онкологии распространение колоректального рака на брюшину считалось медицинской «конечной станцией». Таким пациентам назначали паллиативную, облегчающую состояние системную химиотерапию, полагая, что хирургического шанса нет. Метастазы в брюшине означали рассеивание опухоли по брюшной полости — области, которую хирурги считали недоступной.

Однако за последние 20-30 лет хирургические методы, пионером которых стал Paul Sugarbaker, разрушили эту парадигму. Циторедуктивная хирургия (CRS) и проводимая одновременно горячая химиотерапия (HIPEC) значительно увеличили выживаемость отобранных пациентов, а некоторым обеспечили полное излечение. Перитонеальные метастазы стало возможно вести как регионарное заболевание, а не распространённую системную болезнь.

Главная дилемма: кого оперировать?

Это революционное лечение — CRS + HIPEC — относится к самым тяжёлым и сложным операциям в онкологической хирургии. Вмешательство длится часами; иногда удаляют часть кишечника, желчный пузырь, селезёнку или всю брюшину. Поэтому «правильный отбор пациентов» жизненно важен.

При слишком большой опухолевой нагрузке — высоком индексе перитонеального канцероматоза PCI — такая тяжёлая операция не приносит пользы, а ухудшает качество жизни. Самый большой страх хирурга — взять пациента на операцию с надеждой на излечение и после вскрытия живота обнаружить настолько распространённую опухоль, что удалить её невозможно, после чего закрыть живот, ничего не сделав. В медицине это называется «бесполезная операция» .

Увидеть невидимое: ограничения томографии

Как же до операции понять, кто подходит? Стандартная компьютерная томография (КТ) прекрасно показывает метастазы в печени или лёгких, но недостаточно хорошо выявляет миллиметровые опухоли на брюшине размером с рисовое зерно или чечевицу.

Поэтому, чтобы просто заглянуть внутрь и оценить распространённость опухоли, хирургам приходится сначала выполнять диагностическую лапароскопию — осмотр с помощью камеры. Для пациента это дополнительное вмешательство, наркоз и потеря времени. Именно здесь исследование DISCO попыталось ответить на вопрос: «Можно ли увидеть реальное положение дел без операции, только с помощью снимков?»

Правило 1 литра ананасового сока

Доктор Max J. Lahaye из Нидерландского института рака объясняет: «Перед МРТ мы просим пациентов выпить 1 литр купленного в магазине ананасового сока. В нём много марганца . Этот металл делает жидкость в кишечном содержимом совершенно чёрной на МРТ — создаёт отрицательный контраст. Когда содержимое кишечника темнеет, яркие опухоли становятся чёткими, словно звёзды на ночном небе».

Стандартный метод

У 42,5% пациентов после начала операции выяснялось, что опухоль слишком распространена и неоперабельна; они переносили бесполезное вмешательство — вскрытие и закрытие живота.

Группа DW-MRI

В группе оценки с помощью МРТ показатель снизился до 26,8%. В нидерландской когорте снижение было ещё заметнее: с 59% до 22%.

Один из важнейших принципов онкологии — Primum non nocere, «прежде всего не навреди». Подвергать пациента тяжёлой операции, которая не принесёт ему пользы, значит без необходимости удлинять восстановление и откладывать начало системного лечения — химиотерапии.

Исследование показывает, как передовая технология — МРТ — и обычный пищевой продукт — ананасовый сок — вместе могут стать «третьим глазом» хирурга. Применение индекса перитонеального канцероматоза (PCI) с оценкой по МРТ защитит пациентов от ненужной хирургической травмы и позволит команде сосредоточить силы на тех, кому операция действительно поможет.

Мы считаем, что в будущем передовая МРТ перед операцией станет стандартом для каждого пациента с подозрением на метастазы в брюшине.