Принятие наследия в 32 года: Мэтью Бейли, наследие Хантеров и патология, ставшая зримой

Но Мэтью Бейли был не только патологом. Он был племянником, возможно, двух самых выдающихся гениев анатомии 18 века — Уильяма Хантера и Джона Хантера . Его мать Доротея была сестрой братьев Хантеров. Поэтому эта книга Бейли была результатом не только его собственных многолетних трудов, но и традиции Хантеров, охватывающей два поколения , воплощенной в концентрированном виде. Поэтому 1793 — не просто год публикации медицинской книги, но и год перехода наследия в другие руки: в том же году, 16 октября 1793, его дядя по матери Джон Хантер умер в Лондоне от сердечного приступа. Тридцатидвухлетний Бейли был на похоронах дяди в ту неделю, когда вышла его книга. Анатомическое наследие семьи Хантеров теперь лежало на его плечах.

Третье поколение анатомической династии

Мэтью Бейли родился 27 октября 1761 года — то есть в год, когда Морганьи опубликовал De Sedibus— в городке Шоттс, в шотландском Ланаркшире. Его отец Джеймс Бейли был священнослужителем, а мать Доротея Хантер — сестрой двух великих имен в медицине. Материнская сторона семьи определила судьбу Бейли.

Его старший дядя по матери Уильям Хантер (1718-1783) был одним из самых востребованных акушеров Лондона и одновременно реформатором анатомического образования. В 1768 году на Great Windmill Street в Сохо он открыл частную анатомическую школу — модель, прежде не встречавшуюся в медицинском образовании. Здесь студенты могли собственными руками препарировать трупы, тесно работать с преподавателями и учиться на наглядных образцах анатомических коллекций. Молодые врачи стекались сюда со всей Европы.

Его младший дядя по матери Джон Хантер (1728-1793), как рассказывал Önder в день 65 серии, был человеком, основавшим современную хирургию как науку; он также владел коллекцией более чем из 13.000 анатомических и патологических образцов. Эта коллекция составляет основу нынешнего музея при Royal College of Surgeons of England — Hunterian Museum.

Бейли учился в Эдинбурге и Оксфорде (Balliol College), затем в 1779 году приехал в Лондон и поселился у дяди. Уильям Хантер сразу принял племянника в анатомическую школу; тот стал учеником, ассистентом, а затем партнером. После смерти Уильяма в 1783 году Мэтью Бейли, которому было 22 года, стал главным преподавателем унаследованной им Great Windmill Street Anatomy School. Два года спустя, в возрасте всего 24 лет, его избрали в Royal Society (FRS). Он еще не опубликовал свои основные труды, но медицинский мир Европы уже знал его.

В течение следующих десяти лет Бейли занимался двумя вещами: каждую неделю преподавал препарирование (как Морганьи в Падуе) и систематически фиксировал каждый патологический образец, который попадал ему в руки. Из этих записей постепенно складывалась книга, но она должна была отличаться от семидесяти писем Морганьи.

1793 — The Morbid Anatomy

Опубликованная в 1793 году The Morbid Anatomy of Some of the Most Important Parts of the Human Bodyна первый взгляд была небольшой книгой: один том, около 350 страниц, скромное название, ни одной иллюстрации. Но ее структура была новой.

Книга имела огромный успех. В 1797 году вышло второе издание, в 1807 — третье; ее перевели на немецкий, французский, итальянский и даже русский и использовали как учебник на медицинских факультетах Эдинбурга, Парижа и Берлина. Но Бейли понимал, что его труду чего-то недостает. Слова могли лишь до определенного предела описать цвет опухоли, ее консистенцию и связь с окружающими тканями. Настоящая революция скрывалась за пределами слов — в изображении .

1799-1803 — A Series of Engravings

В течение шести лет после издания 1793 года Бейли работал с самыми талантливыми художниками-анатомами своего времени, особенно с Уильямом Клифтом, который был ассистентом Джона Хантера и первым куратором Hunterian Museum. Цель состояла в том, чтобы высококачественными гравюрами изобразить все патологии, описанные в The Morbid Anatomy.

Это визуальное дополнение, опубликованное с 1799 по 1803 год, вышло как отдельный труд: A Series of Engravings, Accompanied with Explanations, Which are Intended to Illustrate the Morbid Anatomy of Some of the Most Important Parts of the Human Body. Семьдесят три таблицы. Десять выпусков. Каждый выпуск содержал семь-восемь патологических изображений, относящихся к отдельной системе органов. Это был первый систематический атлас, показывавший, как выглядят невооруженному глазу опухоль легкого, метастаз в печени или рак желудка, — атлас, превративший знания, прежде ограниченные анатомическими музеями отдельных врачей, в визуальный язык, который можно было тиражировать в печати и переносить через границы .

Современному читателю может быть трудно понять масштаб этой революции. В конце 18 века у студента-медика, желавшего изучить определенную опухоль, был только один вариант: лично увидеть эту опухоль на вскрытии. Если в его городе не проводили вскрытия с такой опухолью, он никогда ее не видел. Какими бы искусными ни были описания в книгах, слова хирурга «Я никогда в жизни не видел, как это выглядит» были обычным делом. После атласа Бейли это положение исчезло. Студент в Эдинбурге, студент в Падуе, студент в Бостоне — все смотрели на одни и те же семьдесят три таблицы, изучая одни и те же опухоли по одинаковым изображениям. Патология перестала быть национальной наукой и превратилась в международный язык.

Легкое, желудок, мозг, печень — визуально документированные опухоли

В тексте 1793 года и в атласе 1799-1803 Бейли уделял особое внимание следующим видам рака:

• Рак легкого: Бейли был врачом, впервые задокументировавшим в своем атласе плотное, фунгозное или скиррозное образование в легком с помощью систематической визуальной характеристики . Среди описанных им случаев были образования, растущие вокруг бронхиального дерева, опухолевая инфильтрация плевры, увеличение медиастинальных лимфатических узлов. Связь между курением и раком легкого в эти годы еще не была сформулирована — Джон Хилл предположил эту связь в 1761 году (День 63), а Долл-Хилл доказали ее в 1950 (День 129); но Бейли был первым врачом, нарисовавшим анатомическую картину рака легкого в теле.
• Рак желудка (скиррозный пилорус): Описание толстой фиброзной опухоли в области пилоруса, сужающей просвет. Соответствующая таблица в его атласе — первая запись, визуально подтверждающая связь рвоты и потери веса у пациента с этим анатомическим признаком. То, что Морганьи описал словами, Бейли показал гравюрой.
• Опухоли гипофиза: Описание мягких, оказывающих давление образований в основании мозга, в области sella turcica. Термина «аденома гипофиза» тогда не существовало; Бейли называл эти поражения «tubercles of the brain base». Однако его описание в точности соответствует классическому анатомическому виду современной макроаденомы гипофиза. Это была концептуальная подготовка к эндокринологической картине, которую столетием позже объяснит Кушинг (будет рассмотрен в День 117).
• Опухоли печени — различие между первичными и метастатическими: Разграничение, начатое Морганьи, Бейли в своем атласе визуально доказал. На одной таблице рядом были напечатаны изображение первичного рака печени — одиночный очаг, сдавливающий окружающую ткань, — и изображение метастатического поражения печени — множественные рассеянные узлы. Это визуальный предшественник различия, которое мы до сих пор используем в современных радиологических заключениях.
• Опухоль яичка и опухоли матки: Первые систематические визуальные записи о раке репродуктивных органов тоже содержатся в атласе Бейли.

Эти гравюры из атласа Бейли на следующее столетие стали стандартным справочным материаломдля европейского медицинского образования. Если студент в Берлине в 1850 году не видел рака желудка, он обращался к таблице в атласе Бейли. Когда в 1880 году врач в Эдинбурге обследовал пациента с подозрением на опухоль гипофиза, описание из атласа все еще живо стояло перед его мысленным взором.

Становление анатомических музеев как научного дела

Второй крупный вклад Бейли — не книга, а музей. Когда его дядя по матери Джон Хантер умер в 1793 году, он оставил огромную коллекцию из 13.687 анатомических и патологических образцов. Это был архив научных данных невиданного прежде в истории Англии масштаба: образцы рака, пороки развития, варианты нормальной анатомии, образцы экспериментальной хирургии. Несмотря на предостережения жены, Хантер не хотел, чтобы коллекция осталась сама по себе, но его завещание было сложным.

Бейли и Уильям Клифт организовали продажу коллекции британскому правительству . В 1799 году правительство купило коллекцию за 15.000 фунтов стерлингов (примерно 2 миллиона фунтов стерлингов в нынешней стоимости) и в 1800 передало ее Royal College of Surgeons. Сначала коллекция переехала в Lincoln's Inn Fields, затем — в нынешнее здание Royal College. Современный Hunterian Museum — предшественник современного медицинского коллекционирования — и главным человеком, благодаря которому это учреждение сохранилось, является Мэтью Бейли.

Для истории рака это имеет большое значение. Музей — не просто эстетическое или историческое место; это архив научных данных. Патолог 1850-х годов не обязан был довольствоваться описанием в атласе Бейли: он мог прийти в Royal College и посмотреть оригинальный образец Хантера. Это концептуальный исток современных биобанков и архивов опухолевых тканей . Сегодня 50-летний архив опухолей Memorial Sloan Kettering, сотрудничество M.D. Anderson с Foundation Medicine и биобанк Онкологического института Хаджеттепе в Турции — все это продолжение традиции, которую Бейли и Клифт начали в 1799 году.

230-летнее эхо одного атласа

Следы той книги, напечатанной в 1793 году, тянутся до современных платформ цифровой патологии. Когда патолог Memorial Göztepe обсуждает решение по биопсии с коллегой из Стокгольма, он фактически является последним звеном принципа «патология — визуальный язык», установленного Бейли 230 лет назад. Оригинальные образцы, все еще выставленные в Hunterian Museum, — предшественники современных биобанков. Коллекция Royal College of Surgeons из 18 века — первый пример инфраструктуры, которая сегодня воспроизводится в каждом центре онкологических исследований в мире.

Эта статья посвящена дню 69 серии «История рака за 365 дней». Последующие звенья цепи от визуализации патологической анатомии до современной цифровой патологии — Биша (День 73), Мюллер (День 81), Вирхов (День 87), Вальдейер (День 90) и современная патология с поддержкой AI (День 326) — будут рассмотрены в ближайшие дни серии. Статья подготовлена с историко-популярной точки зрения и не содержит указаний по медицинскому лечению.