Чего робот пока не умеет: ИИ нашёл диагноз, а пациентку вылечил врач. Одна история из журнала NEJM

В этой статье
ИИ предложил диагноз, а пациентку вылечил врач: история из NEJM
В статье рубрики Perspective "What the Robot Still Can't Do" («Чего робот пока не умеет»), опубликованной в New England Journal of Medicine 14 ноября 2026 года, американский семейный врач Shantanu Nundy рассказывает о пациентке, которая десять лет жила с необъяснимой болью в животе. Все анализы были в норме, лечение не помогало, и врач оказался в тупике. Когда он ввёл историю болезни в чат-бот с ИИ, программа за считаные секунды предложила диагноз, которого он ни разу не ставил за 15 лет практики: функциональная диспепсия. Через три недели лечения пациентке стало заметно лучше. Но главная мысль статьи не в успехе ИИ, а в том, что для выздоровления человека одного ИИ недостаточно. В этом тексте я пересказываю эту историю, научные данные за ней и то, что значит медицина в эпоху ИИ, как её вижу я сам. Ранее я уже писал на эту тему в текстах о клинической экспертизе в эпоху ИИ, о том, что ИИ не превзошёл врача, и о влиянии доверия пациента на лечение (все на турецком).
- О чём речь? У пациентки с десятилетней необъяснимой болью в животе ИИ предложил диагноз функциональной диспепсии и лечение амитриптилином; врач сопоставил совет со своей оценкой, начал лечение, и за три недели пациентке стало заметно лучше.
- Главная мысль: ИИ «сыграл в шахматы»: просмотрел данные и нашёл наиболее вероятный диагноз. Врач же прочитал лицо пациентки, оценил тяжесть состояния, честно разделил с ней неопределённость и заслужил её доверие.
- Что говорят данные? На готовых описаниях случаев модели ИИ могут набирать более высокие диагностические баллы, чем врачи; но реальные пользователи с теми же моделями приходят к верному диагнозу заметно реже. Собрать и верно истолковать информацию по-прежнему может только человек.
- На практике: ИИ следует использовать как сильного консультанта рядом с врачом, а не вместо него; результат нужно проверять, а ответственность за решение остаётся на враче.
Почему эта тема важна?
Чат-боты с ИИ теперь есть в кармане и у пациентов, и у врачей. Мои пациенты спрашивают у них о результатах анализов и жалобах; многие коллеги советуются с ними в трудных случаях (ответы на вопросы пациентов с помощью ИИ, чат-боты в вопросах о раке; обе на турецком). Медицинские знания этих инструментов действительно впечатляют. Поэтому вопрос «Нужны ли ещё врачи?» занимает всех, от студентов-медиков до пациентов (ИИ или врачи через 10 лет?, на турецком).
Статья Nundy отвечает на этот вопрос не теоретически, а на примере конкретной пациентки. К тому же автор не скептик в отношении ИИ: до медицины он изучал инженерное дело, проходил курсы по ИИ и работает семейным врачом и в общественном центре здоровья, и в компании в сфере здравоохранения. Поэтому баланс текста ценен: он не преуменьшает силу ИИ, но и не забывает суть медицины.
История: десять лет боли
Пациентка — эфиопка лет тридцати пяти, мать двоих детей. Около десяти лет её не оставляет постоянный дискомфорт в животе, который время от времени прерывается приступами боли в желудке, тошноты, рвоты и поноса. При первом осмотре живот без особенностей. Врач повторяет тест на Helicobacter pylori, результат отрицательный (история Helicobacter pylori, на турецком). Эндоскопия год назад была в норме. Месяц приёма защитного для желудка препарата ничего не дал.
Когда пациентка приходит снова, врач в этот раз может выслушать историю спокойнее и через амхарского переводчика по видеосвязи узнаёт новую деталь: приступы начинаются, когда её маленький сын ушибается, падает или плачет. Врач замечает боль, мелькнувшую на лице пациентки, когда она описывает последний приступ. Но других подсказок у него нет, и он не знает, как ей помочь.
Тогда он коротко вводит историю пациентки в только что скачанное на телефон приложение с ИИ, как будто советуется с коллегой. Ответ приходит за секунды: наиболее вероятный диагноз — функциональная диспепсия. Модель перечисляет и другие возможности, такие как камни в желчном пузыре, хронический панкреатит и рак поджелудочной железы, но отмечает, что они плохо вписываются в картину и потребовали бы дорогих, возможно, ненужных обследований для пациентки без страховки. Врач помнит этот диагноз со студенческих лет, но за 15 лет практики ни разу его не ставил.
Рисунок 1 · Ход случая
От боли к улучшению
Что такое функциональная диспепсия?
Функциональная диспепсия — это боль в желудке, жжение, раннее насыщение или чувство тяжести после еды, которые сохраняются, хотя эндоскопия и другие обследования не находят структурной причины. Это состояние, при котором нарушено общение между кишечником и мозгом, а порог боли снижен. Стресс может провоцировать жалобы; в лечении иногда используют некоторые антидепрессанты в малых дозах.
Функциональная диспепсия — частая проблема: ею страдают около 7 % взрослых в мире и 10–12 % в США. По международным критериям Рим IV, она определяется как боль или жжение в желудке, неприятная тяжесть после еды или раннее насыщение, которые длятся не менее шести месяцев и выражены в последние три, при отсутствии на эндоскопии болезни, которая бы их объясняла. Сегодня это состояние классифицируют как «нарушение взаимодействия кишечника и мозга»: меняется нервная связь между желудком и мозгом, повышается чувствительность к сигналам от внутренних органов. Поэтому то, что боль пациентки обостряется каждый раз, когда ушибается её сын, не случайно, а является важной частью картины (стресс и тело, на турецком).
При лечении пациентке сначала объясняют, что состояние реальное, но не опасное. Если есть Helicobacter pylori, его лечат, пробуют препараты, снижающие кислотность желудка. Если ответа нет, можно использовать трициклические антидепрессанты в малых дозах (например, амитриптилин). Здесь эти препараты назначают не для лечения депрессии, а чтобы ослабить сигналы боли от кишечника к мозгу. В рандомизированном исследовании амитриптилин, особенно при функциональной диспепсии с преобладанием боли, давал достаточное облегчение большему числу пациентов, чем плацебо. Психологические методы и гипнотерапия также входят в число вариантов.
Здесь я должен предупредить: функциональная диспепсия — диагноз исключения. При тревожных признаках, таких как потеря веса, затруднение глотания, кровотечение, железодефицитная анемия, постоянная рвота, прощупываемое образование или новые жалобы в пожилом возрасте, сначала нужно исключить серьёзные заболевания. В странах, где часты рак желудка и инфекция Helicobacter pylori, это предупреждение ещё важнее (симптомы рака желудка, кишечная метаплазия; обе на турецком). У пациентки Nundy эндоскопия была в норме, а картина десять лет не менялась; поэтому диагноз был разумным.
Шахматы и борода: что сделал ИИ, что сделал врач?
В статье Nundy рассказывает историю, которую помнит с курсов по ИИ. В 1950–60-х годах пионеры ИИ спорили о том, «что такое интеллект», и не смогли договориться об определении; но они знали, как выглядит интеллект: мужчина на скамейке в парке, который играет в шахматы и поглаживает бороду. Годы спустя его преподаватель сказал, что научить компьютер играть в шахматы было лёгкой частью, а заставить робота поглаживать бороду им всё ещё не удалось.
По мнению Nundy, в этом случае ИИ играл в шахматы: сопоставил десятилетние симптомы, отрицательные анализы, неудавшееся лечение и связанный с ребёнком триггер и нашёл самый вероятный ход — функциональную диспепсию. Но бороду поглаживал, то есть думал, взвешивал и решал, врач. Это он увидел, что мелькнуло на лице пациентки, когда она говорила о сыне, взвесил границы общения через переводчика, решил, тяжело ли она больна, честно сказал, что лечение может не помочь, и был тем, кому она доверилась настолько, что пришла снова. Автор называет это «человеческой сутью» медицины и подчёркивает, что ничего из этого не видно ни в одном окне вывода ИИ (общение врача и пациента, на турецком).
Рисунок 2 · Разделение ролей: шахматы и борода
Роль ИИ и роль врача
Когда пациентка вернулась через три недели, она впервые за десять лет боли почувствовала себя лучше: боль не прошла полностью, но она смогла вернуться к повседневной жизни. В конце приёма через переводчика она сказала врачу слова, которые, возможно, — самый трогательный момент статьи: «Ты мне как брат. Тебя послал Бог». Nundy признаёт, что этим моментом обязан ИИ; но он также убеждён, что одного ИИ было бы недостаточно.
Что говорят научные данные?
Эта история — анекдот; но исследования последних лет рисуют похожую картину. В рандомизированном исследовании, опубликованном в 2024 году в JAMA Network Open, 50 врачей пытались ставить диагнозы по готовым описаниям случаев, пользуясь либо ИИ, либо классическими источниками. Баллы врачей, использовавших ИИ, значимо не выросли; интересно, что балл самой модели оказался выше, чем у обеих групп врачей. На первый взгляд это можно прочитать как «врачи не нужны»; но в исследовании использовали описания случаев, где информация уже была собрана и упорядочена.
ИИ и врач: диагностическое мышление
Рандомизированное исследование с участием 50 врачей; медианный балл диагностического мышления, %.
Использование ИИ значимо не повысило баллы врачей; модель в одиночку набрала больше. Но исследование проводили на готовых описаниях; сбор информации, осмотр и ведение лечения у реального пациента не измеряли.
В реальной жизни самое трудное — собрать верную информацию. В исследовании Оксфорда, опубликованном в 2026 году в Nature Medicine, модели находили правильное заболевание в 95 % готовых случаев, тогда как обычные люди, использовавшие те же модели, приходили к правильному заболеванию не более чем в 34,5 % случаев. Люди давали модели неполную или неверную информацию и неправильно истолковывали её ответы. В случае Nundy информация, данная модели, тоже была той, что врач собрал на приёме, с переводчиком и наблюдая за лицом пациентки. Без детали «боль начинается, когда ушибается её ребёнок» модель, скорее всего, не пришла бы к тому же диагнозу так легко (почему ИИ не заменил врача, на турецком).
Реальные пользователи и ИИ
1298 человек в Великобритании, 10 медицинских сценариев; доля правильно найденных заболеваний, %.
Хотя модели очень хорошо справлялись с готовыми описаниями случаев, люди, использовавшие те же модели, гораздо реже приходили к верному заболеванию. Проблема чаще не в знаниях, а в сборе и истолковании верной информации. Nature Medicine, 2026.
Риски искусственного интеллекта
Nundy пишет, что в дни после своего решения он сам удивился, насколько смело поступил, и даже немного встревожился: он поставил диагноз, которого никогда прежде не ставил, во многом опираясь на ответ чат-бота, и начал лечение. Это честное признание важно. Инструменты ИИ дают гладкие и уверенные ответы, но порой могут выдумывать сведения, пропускать тревожные признаки и нести в себе предвзятость обучающих данных. Поэтому необходимо проверять результат по надёжному источнику, защищать личные данные пациента, а ответственность за решение оставлять на враче. Nundy тоже проверил диагноз в онлайн-источнике по медицине и лишь затем решил на основе собственной клинической оценки.
Рисунок 3 · Безопасное использование ИИ в клинике
Шесть правил для врачей
Что это значит для пациентов и медицинского образования?
Мой совет пациентам таков: задавать ИИ вопросы о здоровье не страшно; но делитесь полученным ответом с врачом, не ставьте себе диагноз сами и не начинайте принимать лекарства. ИИ может помочь вам задать врачу вопросы, которые не пришли бы вам в голову; но он не может вас осмотреть, не видит выражения вашего лица и не может решить, тяжело ли вы больны (информация о раке с помощью ИИ, как получить второе мнение (Türkçe); обе на турецком).
Есть и важный урок для медицинского образования: чем легче ИИ делает доступ к знаниям, тем больше веса при подготовке врачей мы должны придавать умению слушать, наблюдать, общаться, справляться с неопределённостью и выстраивать доверие (медицинское образование в эпоху ИИ, ящик Пандоры медицинского образования; обе на турецком). Если приложения вроде инструментов, обобщающих записи осмотра, дадут врачам больше времени для пациентов, ИИ может укрепить человеческую сторону медицины, а не ослабить её (инструменты ИИ, обобщающие осмотры, на турецком).
Вопросы, которые можно задать врачу
- Подходит ли эта информация, полученная от ИИ, к моей ситуации?
- Исключено ли при моих жалобах серьёзное заболевание; при каких признаках мне нужно прийти снова?
- Какие польза и риски у предложенного лечения; когда я смогу увидеть эффект?
- Могут ли стресс и моё эмоциональное состояние влиять на мои жалобы?
- Можно ли показать вам вопросы, которые я подготовил(а) с помощью ИИ?
- «ИИ ставит диагнозы лучше врача, врач больше не нужен.» На готовых описаниях случаев он может набирать высокие баллы; но сбор верной информации, осмотр и принятие решений у реального пациента по-прежнему требуют врача.
- «Если анализы в норме, боль не настоящая.» Неверно. Нарушения взаимодействия кишечника и мозга, такие как функциональная диспепсия, — это реальные и поддающиеся лечению болезни.
- «Если мне назначили антидепрессант, врач считает меня психически больным.» Нет. Амитриптилин в малой дозе здесь применяют, чтобы ослабить сигналы боли.
- «Я могу сам начать лекарство по диагнозу, предложенному ИИ.» Никогда. Решение о диагнозе и лечении нужно принимать вместе с врачом, после исключения тревожных признаков.
- «Врач, который пользуется ИИ, некомпетентен.» Нет. При правильном использовании ИИ — сильный консультант, расширяющий знания врача; важно критически оценивать результат.
Часто задаваемые вопросы
- Может ли ИИ заменить врача?
- По сегодняшним данным — нет. ИИ может быстро просматривать медицинские знания и ранжировать возможные диагнозы; но осмотреть пациента, оценить тяжесть состояния, поделиться неопределённостью и выстроить доверие — дело врача. Лучший результат даёт совместное использование обоих.
- Что такое функциональная диспепсия?
- Это боль в желудке, жжение, раннее насыщение или чувство тяжести после еды, которые сохраняются при отсутствии структурной причины по результатам обследований. Она связана с нарушением общения между кишечником и мозгом; стресс может провоцировать жалобы.
- Как лечат функциональную диспепсию?
- Начинают с объяснения состояния, лечения Helicobacter pylori, если он есть, и препаратов, снижающих кислотность желудка. Если ответа нет, можно использовать трициклические антидепрессанты в малых дозах, психологические методы или гипнотерапию. При тревожных признаках сначала исключают серьёзные заболевания.
- Стоит ли задавать вопросы о здоровье ИИ?
- Это может быть полезно, чтобы получить информацию и подготовить вопросы к врачу. Но ответом нужно делиться с врачом, защищать свои личные данные и не ставить себе диагноз и не начинать лекарства самостоятельно по совету ИИ.
Словарь
- Большая языковая модель
- Модель ИИ, обученная на очень больших объёмах текста и способная отвечать на вопросы; основа чат-ботов.
- Функциональная диспепсия
- Боль в желудке, жжение или чувство тяжести, сохраняющиеся без структурной причины.
- Нарушение взаимодействия кишечника и мозга
- Состояния, при которых меняется связь между кишечником и мозгом и повышается чувствительность внутренних органов.
- Критерии Рим IV
- Международные диагностические критерии функциональных заболеваний пищеварительной системы.
- Эндоскопия
- Осмотр пищевода, желудка и двенадцатиперстной кишки камерой через рот.
- Helicobacter pylori
- Бактерия, живущая в желудке, связанная с язвой и риском рака желудка.
- Трициклический антидепрессант
- Группа препаратов, которые в малых дозах применяют и для ослабления сигналов боли; амитриптилин — один из них.
- Тревожный признак
- Симптом, указывающий на серьёзное заболевание, например потеря веса, кровотечение, затруднение глотания.
- Клиническое суждение
- Способность врача принимать решение на основе знаний, опыта и наблюдения за пациентом.
- Статья Perspective
- Тип статьи в медицинских журналах, передающий мнение и опыт, а не результаты исследования.
Комментарий Академии DROZDOGAN
Статья Nundy выводит дискуссию об ИИ из дилеммы «машина или врач?» и ставит её на правильное место: машина и врач хороши в разных вещах. Машина — в знаниях, врач — в человеке.
⚡ Почему это важно
ИИ быстро входит в повседневную практику врачей. Статья честно показывает, насколько полезны могут быть эти инструменты у реальной пациентки, и напоминает, что выздоровление — это не только диагноз.
✅ Сильные стороны
Конкретный и знакомый случай; автор разбирается и в технологиях, и в медицине; честное повествование, открыто делящееся собственной тревогой; помогает понять разницу между исследованиями на готовых случаях и реальной жизнью.
⚠️ Ограничения
История одной пациентки: это опыт, а не научное доказательство. При функциональной диспепсии эффект плацебо и спонтанное улучшение часты; невозможно знать, какая часть улучшения связана с лекарством, а какая — с отношениями врача и пациента. Случаи, когда ИИ направил неверно или неполно, в таких текстах не видны.
🩺 На практике
Я тоже использую инструменты ИИ в трудных случаях как консультацию коллеги; всегда проверяю результат по надёжным источникам и сопоставляю его со своим осмотром и опытом. С удовольствием обсуждаю вопросы, которые мои пациенты подготовили с помощью ИИ. Но я убеждён, что для успеха лечения то, что пациент мне доверяет и приходит снова, и то, что мы можем вместе нести неопределённость, важно не меньше верного диагноза (искусство сообщать плохие новости, общение при серьёзных болезнях; обе на турецком).
❓ Открытые вопросы
Улучшают ли решения с поддержкой ИИ результаты у реальных пациентов? Если врачи начнут слишком полагаться на ИИ, ослабнут ли их клинические навыки? Можно ли с помощью ИИ преодолеть такие барьеры, как переводчик, культурные различия и медицинская грамотность? Кто будет отвечать при неверном руководстве?
Вывод: ИИ играет в шахматы всё лучше, и этим нужно пользоваться. Но читать лицо пациента, делиться неопределённостью и выстраивать доверие по-прежнему дело врача. Статья напомнила мне простую вещь: диагноз может предложить машина; пациента исцеляет врач, который его сопровождает (принципы качественной помощи, на турецком).
- Этот текст подготовлен в ноябре 2026 года.
- Данные случая кратко изложены по статье Perspective, опубликованной в New England Journal of Medicine 14 ноября 2026 года; автор сообщает, что изменил некоторые детали, чтобы защитить личность пациентки. Из статьи взята лишь короткая цитата, остальное изложено своими словами.
- Сведения о функциональной диспепсии и исследованиях ИИ основаны на источниках ниже. Исследования ИИ проводились на готовых случаях или сценариях и не измеряют реальные клинические исходы.
- Схемы упрощены. Комментарий Академии — моё собственное мнение. Этот текст не является медицинской консультацией; решения о здоровье принимайте вместе с врачом.
Источники
- Nundy S. What the Robot Still Can't Do. N Engl J Med 2026;395:1977-1979. nejm.org
- Goh E, Gallo R, Hom J, et al. Large Language Model Influence on Diagnostic Reasoning: A Randomized Clinical Trial. JAMA Netw Open 2024;7:e2440969. doi
- Bean AM, Payne R, Mahdi A, et al. Reliability of LLMs as medical assistants for the general public: a randomized preregistered study. Nature Medicine 2026. scimex.org
- Talley NJ, Locke GR, Saito YA, et al. Effect of Amitriptyline and Escitalopram on Functional Dyspepsia: A Multicenter, Randomized Controlled Study. Gastroenterology 2015;149:340-349. niddk.nih.gov
- Stanghellini V, Chan FK, Hasler WL, et al. Gastroduodenal Disorders (Rome IV). Gastroenterology 2016;150:1380-1392. doi
- Sperber AD, Bangdiwala SI, Drossman DA, et al. Worldwide Prevalence and Burden of Functional Gastrointestinal Disorders: Rome Foundation Global Study. Gastroenterology 2021;160:99-114. doi
Эта статья была полезна?
Ваш отзыв помогает нам улучшать материалы.




