Лауреат премии ESMO 2022 Karim Fizazi рассказывает о новшествах при мочеполовых опухолях

Конгресс ESMO 2022 начинается. В этом году лауреат премии ESMO 2022 — представитель Университета Paris Saclay в Villejuif, Франция, профессор, доктор Karim Fizazi.

Доктор Fizazi получил премию ESMO этого года за новаторские работы в области рака простаты и других мочеполовых опухолей — мочеточника, мочевого пузыря, яичка и других. Он автор множества статей, изменивших подходы к лечению рака простаты и яичка, и здесь рассказывает о будущем лечения мочеполовых опухолей. Ниже мы представляем перевод интервью команды ESMO с доктором Fizazi.

Ваши исследования, такие как LATITUDE и PEACE-1, изменили судьбу рака простаты. В чём, по вашему мнению, ключ к прорывам, способным изменить ситуацию при этой болезни?

Многим результатам моих исследований потребовались годы, чтобы принести плоды, поэтому я верю в настойчивость и терпение. Оба клинических исследования подтвердили мою гипотезу о назначении интенсивного лечения в первой линии. Это позволяет лучше контролировать ухудшение заболевания, его усложнение и переход к кастрационной резистентности — устойчивости к подавлению тестостерона, — тем самым продлевая выживаемость. Мне посчастливилось руководить этими двумя исследованиями III фазы.

LATITUDE, опубликованное в NEJM в 2017 году, стало первым исследованием, установившим роль нового поколения гормональной терапии — абиратерона — в дополнение к традиционной гормональной терапии для улучшения общей выживаемости и выживаемости без прогрессирования у мужчин с впервые диагностированным метастатическим (стадия 4) кастрационно-чувствительным раком простаты.

Позднее исследование PEACE-1 показало, что включающая подавление тестостерона, доцетаксел и абиратерон тройная терапия улучшает общую выживаемость и выживаемость без рентгенологического прогрессирования у мужчин с впервые диагностированным метастатическим кастрационно-чувствительным раком простаты; результаты опубликовали в Lancet в 2022 году.

Параллельно я руководил работой, установившей роль антагониста андрогенного рецептора даролутамида в увеличении выживаемости без метастазов и общей выживаемости при неметастатическом кастрационно-резистентном раке простаты, — исследованием ARAMIS, опубликованным в NEJM.

Оглядываясь на эти успехи, я считаю основной стратегией своей работы попытку понять течение болезни и упростить сложные механизмы, то есть разобраться с важными факторами процесса канцерогенеза и способами воздействия на них. За время работы в онкологии одно стало ясно: не все лечебные стратегии будут эффективны для всех пациентов, и лечение необходимо персонализировать по подтипу рака и особенностям пациента.

Как до сих пор развивалось лечение других мочеполовых опухолей?

Прогресс лечения рака яичка с 1980-х годов привёл к полному излечению большинства мужчин с ранней стадией и значительной доли пациентов с метастатическим заболеванием. Однако даже в начале 2000-х оставалась группа пациентов с метастазами и плохим прогнозом, подверженных риску рецидива и/или смерти, несмотря на операцию и последующую современную стандартную тройную химиотерапию блеомицином, этопозидом и цисплатином (BEP). Несмотря на множество рандомизированных исследований альтернативных схем, результаты при распространённых герминогенных опухолях с плохим прогнозом оставались неудовлетворительными. Поэтому вместе с командой я начал искать другой подход к проблеме. Мы установили, что снижение опухолевых маркеров — альфа-фетопротеина и хорионического гонадотропина человека — после 3 недель химиотерапии предсказывает ответ. Последующее клиническое исследование, опубликованное в Lancet в 2014 году, показало: если после 3 недель BEP маркеры снижаются меньше ожидаемого, интенсификация лечения дозоинтенсивной химиотерапией из шести препаратов улучшает выживаемость без прогрессирования. Ещё важнее, риск смерти у получавших её мужчин снизился на 30%, а побочные эффекты были обратимыми.

Какие потребности в лечении мочеполовых опухолей остаются неудовлетворёнными?

За последнее десятилетие лечение метастатического кастрационно-чувствительного рака простаты развивалось от одного препарата к двум, а затем трём одновременно, то есть к выбору самого эффективного лечения уже в первой линии. Но неудовлетворённые потребности сохраняются.

Я думаю, что вместо добавления четвёртого препарата нужно подробно изучать этих пациентов и разрабатывать лучшую стратегию для отдельных подгрупп. В этом цель платформы рандомизированных исследований PEACE-6. Её разные исследования будут изучать лечение таких подгрупп, как пациенты с олигометастатическим заболеванием — небольшим числом метастазов, уязвимые пациенты в возрасте 80 и 90 с лишним лет и пациенты с хорошим или плохим ответом после нескольких месяцев системной терапии. В последних двух группах полезно выяснить, можно ли уменьшать лечение при хорошем ответе и подходит ли интенсификация пациентам, плохо отвечающим на продолжающуюся терапию.

Кроме того, срочно нужны новые мишени и методы для пациентов, у которых существующее лечение оказалось неэффективным. Моя группа изучает ODM-208 — новый нестероидный селективный ингибитор фермента CYP11A1, подавляющий синтез всех стероидных гормонов и их предшественников. У некоторых пациентов мутировавший андрогенный рецептор в опухолевых клетках делает их чувствительными не к андрогенам, а к другим стероидным гормонам, например прогестерону или глюкокортикоидам. Поэтому препараты, нацеленные на андрогены, у таких пациентов неэффективны; ODM-208 разработан для блокирования продукции стероидных гормонов и преодоления этого механизма устойчивости опухолевых клеток.

Какие важные изменения вы ожидаете в ближайшие годы?

Я думаю, будет усиливаться переход к раннему началу системной терапии мочеполовых опухолей и у мужчин, и у женщин. Главное в том, что на ранней стадии проще применять стратегии предотвращения рецидива. Я также считаю, что распространённые мочеполовые опухоли будут лечить исходя из биологии опухоли, а не вида рака, что отражает изменения и в других областях онкологии. К сожалению, финансирование лечения вызывает всё больше тревоги. Я считаю, что страны и компании, представленные на конгрессе ESMO, вместе с политиками должны искать практические решения, чтобы результаты исследований и их плоды были доступны всем пациентам.

*

Измените настройки для просмотра внешнего контента